?

Log in

No account? Create an account

February 14th, 2013

Москва слезам не верит

Запись опубликована В гостях у главного редактора. You can comment here or there.

 

Как стареют артисты, блиставшие в одноименном фильме?

 

Алексей Баталов теряет зрение и память

«После шумного мероприятия мне нужно два дня отлеживаться дома и приходить в себя», – признается любимый актер старших поколений. Хорошей физической форме 83-летнего Алексея Баталова могли бы позавидовать многие молодые мужчины. Несмотря на возраст, он до сих пор ведет кинофестивали, преподает в институте и ездит с выступлениями по России. Однако все чаще актер впадает в отчаяние от того, что у него катастрофически ослабла память.

Алексей Баталов известен не только по замечательным ролям в кино. Благодаря красивому голосу, его часто приглашали читать закадровые тексты. Этот голос за кадром звучит в сотнях документальных фильмов об истории, путешествиях, искусстве. Порой Баталов появлялся и в кадре, читал не «по бумажке», а как бы беседовал со зрителем, приводя десятки дат, имен и названий. Еще в 2006 году Алексей Владимирович вел цикл исторических передач о Москве «Прогулки с Баталовым», но вынужден был отказаться от работы, после того как его в предынсультном состоянии доставили в больницу. С тех пор его память слабеет день ото дня.

«Честно скажу, не могу положиться на достоверность фактов, которые привожу в интервью, имена людей постоянно забываю – все моя проклятая память! – признается Алексей Владимирович. – Меня бесит, что я все забываю! Иногда просто приходишь в отчаяние от того, что не можешь вспомнить».

Знакомые и ученики Алексея Владимировича уже не удивляются, когда он называет их другими именами или вообще не помнит, как их зовут. Иногда Баталов забывает и человека, с которым познакомился вчера. Тогда приходится представляться заново.

Недавно у актера мелькнула надежда, что его вылечат. «Я надеюсь, что заграничные врачи предложат какой-то новый метод лечения», – говорил Алексей Владимирович в прошлом году, отправляясь в заграничную поездку. Здравствовавшая еще тогда Галина Вишневская посоветовала ему медицинский центр в Германии. Обслуживание там стоит около тысячи евро в сутки, поэтому Алексею Владимировичу пришлось взять с собой все сбережения. Он надеялся, что за 21 день врачи успеют обследовать его и подлечить, но этого не произошло. Заграничные доктора, настроившись на «капитальный ремонт» актера, успели только наставить ему кучу диагнозов. Однако на длительную терапию денег не хватило, и Баталов вернулся в Россию. К счастью, ему пришли на помощь врачи Центральной клинической больницы. Они привели Баталова в норму с помощью капельниц и лекарственной терапии. Правда, вернуть молодую память и стопроцентное зрение не обещали.

Сейчас Алексей Владимирович борется с недугом дедовскими методами. Знакомясь с человеком, берет визитку и, в зависимости от того, какое мнение о нем составил, на обороте пишет «Нет!» или «Да!» и отдает жене. А перед выходом на сцену краткую речь из нескольких предложений заучивает в течение нескольких часов. Читать со сцены по бумажке актер тоже не может: из-за давней болезни (у него туберкулез глаз) он очень плохо видит. По этой причине артисту пришлось отказаться от вождения автомобиля, да и читает он с трудом. Даже для того чтобы оставить автограф, приходится брать в руки лупу с многократным увеличением.

Единственная отрада Алексея Владимировича – это беседы, во время которых он так сыплет историями полувековой давности, что забываешь о времени. Правда, истории эти все время повторяются – актер не помнит, что рассказывал их много раз.

 

Двойная трагедия Натальи Вавиловой

Очаровательная исполнительница роли Александры в фильме «Москва слезам не верит», не снимается в кино уже около 20 лет. Теперь она видит смысл жизни в том, чтобы помогать другим.

В судьбе Натальи Вавиловой большую роль играет счастливый случай. Она могла бы работать в МИДе, как мечтали родители, но увидевший ее на улице режиссер Владимир Меньшов больше никого не мог представить в роли Александры. Родителей девушки уговаривал лично Баталов, который ради этого приехал к ней домой, и они сдались. Именно на съемках она познакомилась с будущим супругом, режиссером Самвелом Гаспаровым, и они вместе до сих пор.

После огромного успеха у Наташи было несколько удачных работ в кино. Но на съемках картины «Николай Подвойский» случилась беда: актрисе пришлось ездить верхом на лошади, и та сбросила наездницу. Наталья получила травму позвоночника. Создатели картины уговорили не распространяться, что в травме виновата съемочная группа. За это обещали ждать Вавилову «хоть год, хоть два…», а через два дня взяли на ее роль другую актрису. Такое предательство потрясло Наталью, она получила двойной удар. Силы в себе нашла, благодаря заботе супруга и вере в Бога. Пообещала, что если встанет и начнет снова ходить, то с кино покончит и будет помогать людям. Выздоровев, свое обещание актриса сдержала. Она с мужем отчисляет средства в детские дома и помогает малоимущим семьям.

Но у нее нашлись и враги. Возможно, они опасались, что Наташа вернется в кино и встанет кому-то поперек дороги. Поэтому начали распускать фантастические слухи. «Прошла серия публикаций о Наталье: и разбилась, и так располнела, что не может ходить, и вышла замуж за немца, уехала в Германию с ребенком, потом развелась и сейчас живет в Израиле, – рассказывает супруг актрисы. – Больше всего возмущает, что эту ложь газетчикам преподнесли люди из кинематографического мира. А потом и до меня добрались – вообще похоронили!».

Кто-то распустил слух, что мужа актрисы убили. Гаспаров с удивлением узнал, что его однокурсники «пили за упокой души» товарища, но почему-то не нашли нужным ему позвонить и проверить. Возможно, такие слухи распустили конкуренты-продюсеры, ведь в 90-е годы Гаспаров пытался организовывать гастроли зарубежных звезд. Он первым привез Майкла Джексона в Россию – потеряв на этом 1,5 миллиона долларов. (Виной тому были происки коллег: на концерт мировой поп-звезды пришло 50 человек.) Приехав домой, Гаспаров сообщил супруге, что они разорены. Спасло то, что великодушный Майкл отказался от гонорара.

«После пройденных испытаний мы с Наташей обвенчались, – говорит Самвел Гаспаров. – Мы – половинки единого целого. Чувствуем и понимаем друг друга с полуслова. Иногда мне кажется, что мы родились в один миг».

Tags:

Запись опубликована В гостях у главного редактора. You can comment here or there.

 

В 60-х годах его популярность зашкаливала. Не было мальчика, более известного в мире, чем юный исполнитель «Аве Мария» и «Джамайка». К сожалению, многообещающий певец не смог без потерь пережить подростковую голосовую мутацию, и его уникальный певческий дар остался лишь на старых пластинках. Но талантливый итальянец не сломался и в свои нынешние 65 продолжает петь, хотя и другим голосом.

 

Робертино Лоретти (на советских пластинках – Лорети) родился в 1948 году в Риме в большой семье. Его мать сеньора Чесира вспоминала, что сын запел с трехлетнего возраста. Стоило ребенку услышать мелодию, как он ее сразу же повторял. В музыкальной школе Робертино заниматься не пришлось. В шесть лет он был солистом в церковном хоре и именно там получил первые уроки музыки и вокала. Голос был таким редким, что уже в восемь лет мальчика стали приглашать в хор Римского оперного театра. Дело в том, что в некоторых итальянских хоровых произведениях есть соло для так называемого «белого детского голоса». Вот Робертино и был этим «белым голосом».

Со взрослыми мальчик не мог выступать часто, поэтому основным его заработком были выступления в кафе и ресторанах. Когда будущей звезде было 10 лет, тяжело заболел отец, и Робертино пришлось устраиваться в помощники к местному булочнику, но петь он не перестал.

Однажды Робертино пел на празднике печати и получил первый в своей жизни приз – «Серебряный знак». Затем участвовал в конкурсе для непрофессиональных певцов на итальянском радио. Победителей определяли слушатели, которые по телефону сообщали в редакцию имя понравившегося певца. Робертино выдержал все четыре тура, снова завоевал первое место и золотую медаль. Это позволило 13-летнему мальчику войти в состав исполнителей, которые развлекали участников и зрителей Олимпийских игр 1960 года в Риме. Робертино выступал в кафе «Гранд-Италия» на площади Эфедра. Когда он исполнял свою любимую песню «O sole mio» («Мое солнце»), его услышал датский музыкальный критик Вольмер Соренсен. Он записал на магнитофон его песни, потом разыскал отца Робертино, Орландо, и сказал: «Мне нравятся эти песни. Если они понравятся и моим коллегам в Дании, то я могу пригласить Вашего сына в Копенгаген, чтобы он мог учиться музыке и выступать. Ждите телеграмму». И через три дня на имя Робертино пришла телеграмма с одним-единственным словом: «Приезжай».

Подросток прилетел в Копенгаген, и все завертелось как в калейдоскопе. Выступление на телешоу, контракт на выпуск пластинок, которые сразу стали «золотыми», оглушительно успешные гастроли по Европе и США. Французская пресса называла Лоретти «новым Карузо». Во время первого визита во Францию президент Шарль де Голль пригласил Робертино выступить на гала-концерте мировых звезд во дворце Шансельри.

Лоретти сейчас так вспоминает то время: «С 12 до 15 лет я ни разу не ездил отдыхать, не знал, что такое каникулы. Мои гастрольные туры продолжались по пять месяцев и подразумевали два-три концерта в день. У меня были личные вертолет и самолет, а мне хотелось покататься на велосипеде с друзьями. Все-таки есть годы, когда лучше лазать по заборам и бегать по двору с друзьями, чем собирать стадионы…».

Сладкая жизнь, бывает, губит. Но Робертино до соблазнов взрослой жизни еще не дорос. Алкоголь и наркотики его не коснулись, а о женщинах в ту пору он вспоминает так: «Не раз я обнаруживал в своем номере нескольких девушек, от которых, по детской наивности, пытался отделаться автографом».

Четыре года Робертино Лоретти жил в Дании и объехал с гастролями весь мир. В 1962 году он приезжал и в СССР, выступал в Москве. В Советском Союзе изо всех окон неслось: «Джамайка, Джамайка», пластинки с двенадцатью песнями Робертино Лоретти издавались огромными тиражами. А потом о юной звезде вдруг перестали писать. Поползли слухи, что жестокие продюсеры заставляют бедного мальчика постоянно выступать, из-за чего у него пропал певческий голос.

Новый голос Лоретти уже не был похож на высокий детский: его определяют как «драматический тенор». Робертино пел классические арии, неаполитанские песни, много песен написал сам. В 1973 году он сделал перерыв в концертной деятельности, участвовал в создании художественных фильмов и даже открыл собственный магазин недалеко от дома. В конце концов артист понял, что торговля не его дело. В 1982 году он снова начал петь, причем звучать стал даже лучше. Эстрадные и неаполитанские песни, оперные арии в его исполнении снова расходились миллионными тиражами. Поет он только «вживую», и повсюду его называют «послом итальянской песни». В США Лоретти пригласили в 1988 году сниматься в роли великого тенора Марио Ланца, в фильме, посвященном его памяти. И снова он гастролирует по всему миру, хотя поет сейчас не для заработка.

Лоретти пережил свою славу и превратился в солидного полноватого жителя престижного района Рима. Люди по-прежнему называют его детским именем, хотя он давно стал Роберто. Лоретти живет с семьей в огромном доме с садом рядом с виллами Софи Лорен и Марчелло Мастроянни. Роберто – владелец ночного клуба, бара и ресторана, в котором часто сам и выступает. В Риме у него есть конюшня на 12 арабских скакунов – он выращивает породистых лошадей и готовит их к скачкам. Другое хобби певца – кухня. Лоретти убежден: он мог бы стать прекрасным шеф-поваром, любит лично стряпать обеды для семьи и гостей и утверждает, что так вкусно больше не готовят нигде.

Tags:

Наследие деда Гриши

Запись опубликована В гостях у главного редактора. You can comment here or there.

 

Харьковская Москалевка – район голубятников. Выросшие здесь мальчишки не могли не унаследовать «дело отцов», потому что голуби здесь жили чуть ли не в каждом дворе.

 

– В детстве чуть не получил кирпичом по голове, – признается пожилой местный житель, показывая дорогу к голубеводам. – Так сосед дед Гриша разгонял своих голубей, чтобы повыше взлетали. Их у него было за 200, и когда птицы разом становились на крыло, то закрывали собой небо. Голубятниками были и мой сосед дядя Вова по фамилии Граница, и приходивший к нему в гости великий вратарь «Металлиста» Николай Угроицкий. Все, к сожалению, уже умерли. Как и традиции строить во дворах голубятни…

 

Птичка для души

Дожившего до преклонных лет деда Гришу схоронили недавно. С войны родоначальник династии голубеводов пришел героем, после тяжелой контузии не разговаривал – только мычал. Зато со своими голубями урлыкал на одном языке, и птицы, в отличие от людей, понимали его с «полуслова». В последний путь деда Гришу провожали и его голуби, зависнув в небе над гробом, как прощальный салют.

В память о фронтовике – звезда на заборе и просторная голубятня в полдвора, рядом с которой жилье хозяина может показаться сарайчиком.

– Настоящие голубятники – бессребреники, – объясняет скромность быта вышедшая из флигелька довоенной постройки кареглазая красавица с натруженными руками. – Сами голодать будут, а птицам последнее отдадут. Многого в доме недостает, но мешок пшеницы для голубей всегда припасен. От соседа Валеры из-за птиц жена ушла: им он больше внимания уделял, чем семье. А я на своего Игорька не в обиде: знаю же, что голуби для голубятника – и жена, и дети, и мать с отцом. Без остального эти особенные люди спокойно могут обойтись.

С понимающей «половиной» Инной 47-летнему внуку Григория Трофимовича Игорю Кроленко повезло не меньше, чем с главным увлечением жизни – голубями. Потомственный голубятник живет с разделяющей его страсть женщиной в дедовском доме, держит птиц в дедовской голубятне и кормит сизокрылых с дедовской довоенной кружки. Голубь для всех мужчин этого рода – птичка для души и олицетворение свободы. Аскеты в жизни, в увлечении они – аристократы.

– Первый секретарь ЦК КП Украины Владимир Щербицкий голубятником был, – подтверждает элитность занятия мужа союзница Инна. – Не простых же голубей с улицы держим (простяков наши птицы к себе и близко не подпустят), а породистых, селекционных. Про них нельзя писать, как про коров или надои молока: тут тонкости знать надо.

С первого раза отличить «почтаря» от «серпатого» и вправду не получилось. Так что разницу между торцовыми, харьковскими, николаевскими и очаковскими постигаю на слово. Отличаются птицы, объясняет чета голубятников, по замаху крыла: одни в полете – как бабочки, другие зависают в небе точечным серпом. Но еще сложнее оказалось постичь в наш рациональный век романтический смысл этого занятия.

– Зачем голуби? – удивился вопросу голубятник в третьем поколении. – Чтобы любоваться ими!

Вымирающее хобби?

Но «тропой бескорыстной любви» сегодня идут не многие. Для иных голуби – такой же бизнес, как продажа элитных щенков. У живущего на другой стороне улицы бизнесмена даже уборщица к тремстам голубям приставлена. Птицы – его состояние, особо ценные до тысячи долларов за особь стоят. В Интернете есть даже птичьи аукционы, а на полеты сизарей делаются ставки. Голубей сдают в аренду (белых можно заказать на свадьбу, а черных – на похороны), используют в массовых мероприятиях. Символ мира взлетает на церемониях открытия и закрытия городских и спортивных праздников (на московскую Олимпиаду-80 харьковские голубеводы по разнарядке ЦК партии дали 2000 птиц, которые, поучаствовав в программе, через несколько суток, а некоторые – и часов прилетели домой), выпускных вечерах и пр. Не обходятся без этой птицы и визиты в Украину патриарха Кирилла: проповеди о единстве православных народов завершаются символическим взлетом белых голубей.

– Другие на голубях неплохо зарабатывают, в Москву и Польшу за большие деньги везут, – рассказывает муза голубятника Инна, – а моему энтузиасту такое и в голову бы не пришло, птицами принципиально не торгует.

– Голубей для себя развожу, – подтверждает Игорь, прижимая к сердцу только что появившегося на свет птенца. – А на рынке – до 350 гривен за птичку. Как-то на голубиной выставке был, там от 100 гривен за голубя просили. А самец спортивного голубя – это уже 700–1000 долларов. Мнерассказывали о случае, когда грабители отравили сторожевого пса и усыпили хозяев, чтобы выкрасть голубей особо ценной породы…

Бескорыстному голубятнику больше по душе «бизнес» в советском духе. На тогдашней рабочей окраине любимым занятием соседей было поймать чужого голубя. Чья птица, узнавали по кольцу с инициалами хозяина. Плохим людям птиц не отдавали, а хорошим возвращали через «магарыч». Хороших людей среди голубятников традиционно больше было, поэтому повод для застолья всегда летал рядом, а голуби сдружили несколько улиц.

– Раньше на Москалевке птицы жили в каждом втором дворе, – говорит Игорь Кроленко, – сейчас же в районе осталось всего 4 голубятника. Из молодых только 23-летний Валерка, сын голубятника Виталика, птицами по наследству занимается. Молодежь уже голубями не интересуется, нет преемственности поколений, как раньше было.

В советское время членам клуба голубеводов хоть зерно для птиц выделяли, а сейчас все на самих голубятниках держится. Но возрождению клуба аматор рад: может, молодому руководителю удастся возродить былую славу голубиной столицы? Не хочется Игорю думать, что у таких, как он, – вымирающее хобби…

 

Сизарь для генсека

Сегодня в харьковском клубе голубеводов – около двух сотен энтузиастов. Самым непростым селекционеры считают сохранить породу. Увлечь как можно больше молодежи, основать центр по воссозданию исчезающих пород голубей и оборудовать питомник по разведению белых «почтарей» планировалось еще лет десять назад, при создании Всеукраинской ассоциации голубеводов. Кстати, возглавить новую общественную структуру представители 15 областных обществ поручили на учредительном собрании тогдашнему главе СБУ, генералу армии Леониду Деркачу. Известному голубеводу эта «миролюбивая и светлая птица» помогала, по его словам, «в поисках мирного выхода из конфликтных ситуаций». Приоритетом для ассоциации стал пересчет наших голубятников – ведь не было даже информации о точном количестве клубов любителей этих птиц в стране.

Но о великолепных харьковских традициях наслышаны были многие. Разводить голубей здесь начали полтора века назад, опередив Киев, Москву и Питер. А общество голубеводов Харькова существовало с 1950 года, и до 1985-го харьковские выставки проводились ежегодно. Обрушились традиции после перестройки, когда народу стало не до красоты с романтикой. Харьковские потери были самыми масштабными: здешняя школа разведения голубей считалась одной из самых сильных в СССР.

Чтобы купить хорошую птицу, в советские времена в Харьков съезжались любители со всей страны. Был среди «почетных гостей» даже генсек Леонид Брежнев (увлечение голубями было таким же распространенным среди партийной руководящей элиты, как позже – теннис). Харьковские вороные бархатные и вишневые бархатные до сих пор считаются одними из самых престижных голубиных пород в мире.

Как невозможно представить без голубей городские площади в Милане, Риме или Кракове, так нельзя было раньше, не покормив голубей, пройтись по центральным площадям в Харькове. В хрущевскую «оттепель» это была самая «модная» птица в СССР. «Голубя мира» Пабло Пикассо тиражировал на своей обложке популярный журнал «Юность», завести «символ мира» должно было по поручению Никиты Хрущева каждое советское предприятие! Не удивительно, что огромное количество беспородных, полудиких голубей из подшефных колхозов оказались в городе (до этого в Харькове, в основном, были высоколетные и грациозные птицы николаевской породы). Но со сменой власти, в конце 60-х, разжиревших наглых «символов», гадивших на обком партии, потравили. Старожилы помнят лежавших на площади мертвых птиц, вызывавших у горожан ассоциации с «концом свободы»…

 

ДОСЬЕ

Несколько веков голубей использовали в качестве доставщиков почты. Во Вторую мировую войну фашисты расстреливали даже детей, запускавших для связи с партизанами крылатых почтальонов. 200 тысяч почтовых голубей официально состояли на военной службе в Англии. А еще быстрокрылых птиц использовали… журналисты: не доверяя из-за городских пробок автомобильному транспорту, оперативную информацию агентство новостей «Рейтер» передавало с помощью голубей.

Инна ТИХОНОВА

Tags:

Крылья розовой чайки

Запись опубликована В гостях у главного редактора. You can comment here or there.

 

Знаменитый советский фильм «Семеро смелых» его создатели посвятили, оказывается, харьковским школьникам. В 30-х годах они совершили экспедицию за Полярный круг, обогнули на ледоколе Скандинавский полуостров и придумали способ изменить климат Белого континента. Единственным в Советском Союзе клубом юных исследователей Арктики руководил известный писатель Николай Трублаини.

 

До гибели в 34 года на фронте автор «Шхуны «Колумб» успел стать одним из организаторов пионерского движения в СССР, проявить себя в педагогике (харьковские воспитанники ставят учителя в один ряд с Макаренко и Сухомлинским), объездить с блокнотом корреспондента весь Союз, побывать в нескольких арктических экспедициях, написать более трех десятков книг, привить любовь к знаниям и приключениям тысячам детей и сделать счастливыми тех, кто знал его лично.

 

Контрамарка для героя

Одна из них – харьковчанка Нина Хоперская. Бывший действительный член клуба юных исследователей Арктики дала мне интервью в 82 года! И полвека из них Нина Михайловна хранила как драгоценность значок члена клуба, привезенный для Трублаини и его юных воспитанников самим Отто Шмидтом.

– У бабушки в этой коробочке до революции лежали золотые сережки, а у меня – реликвия в виде флажка с якорем, – показывает свою драгоценность бывшая исследовательница Арктики. – Такой значок для нашего сухопутного города – большая редкость, он был лишь у нескольких человек, включая самого Трублаини. Чтобы получить такой значок, надо было выдержать суровый экзамен на знание Арктики. Мне, например, пришлось ответить на 100 вопросов правления клуба и членов общего собрания, на котором «завалить» экзаменующегося мог любой человек из зала.

Повальное увлечение Арктикой началось в 1934 году, после спасения экипажа затертого льдами парохода «Челюскин». Вся страна жила тревогой за судьбу разбивших палатки на льдине 104 челюскинцев и верила, что полярная экспедиция Отто Шмидта будет спасена. И когда Москва обнимала своих героев, четверо лучших пионеров Харькова приняли участие в их встрече. Эти ребята и стали первыми членами клуба юных исследователей Арктики, который организовал в Харькове популярнейший в то время детский писатель Николай Трублаини. Чтобы попасть на заседания клуба, надо было получить отпечатанное типографским способом персональное приглашение. А когда школьники три дня зимовали в палатках в черте города и совершали лыжный переход по зимнему бездорожью, ровесники исходили к ним завистью: это было почти таким же геройством, как продержаться на оторвавшейся льдине! Неудивительно, что многие члены клуба потом стали настоящими исследователями Арктики.

Дети учили академиков

– Палатки зимовщиков мы по выходным разбивали на городском пустыре, питались полевой кашей и общались только азбукой Морзе, – вспоминает Нина Михайловна. – У каждого, по правилам операции, была своя арктическая специальность. Мне досталась роль метеоролога. Среди 300 юных зимовщиков были связисты, штурманы, географы, геологи, топографы, биологи, зоологи и даже полярные авиаторы!

Юные исследователи Арктики строили модели полярного вездехода, составляли арктический словарь, обменивались радиограммами с зимовщиками полярных станций и играли с ними по радио в шахматы. Харьковские школьники доказывали, что до Северного полюса можно добраться на подводной лодке, и в послевоенные годы эта идея осуществилась. Дети предсказали также регулярные дрейфы полярных станций – позже в Ледовитом океане этих станций дрейфовало более трех десятков.

За семь лет существования клуба воспитанники Трублаини, которому родители без страха доверяли своих детей, встретились со знаменитыми полярниками Папаниным, Ушаковым, Седовым, освоили Северный морской путь и подсказали ученым, как растопить льды Арктики.

– Играя в полярных Робинзонов, детвора вела настоящую исследовательскую работу, – рассказывает Нина Хоперская. – На диспут «Как окончательно завоевать Северный Ледовитый океан» я готовила выступление по изменению климата Арктики. Требовалось найти способ пройти по Северному морскому пути из Архангельска во Владивосток через Берингов пролив за одну навигацию. Чтобы льды этому не мешали, я предложила тогда изменить направление теплых течений Гольфстрима, повернуть на юг сибирские реки (главных поставщиков воды в океан – Лену, Обь и Енисей) и расширить Берингов пролив.

Идею поворота рек Трублаини отклонил, придумав вместо этого систему зеркал, но многое из того, что приходило в голову детям, на полном серьезе изучалось впоследствии академиками. Обсуждавшуюся с Трублаини идею харьковской школьницы Хоперской посыпать Северный полюс черным порошком даже должны были заслушать на научной конференции в Киеве. Помешала война, после которой клуб больше не восстановился. В 1941 году руководителя полярных Робинзонов Николая Трублаини не стало.

 

«Отца больше нет…»

– Отец погиб, когда мне было всего 7 лет, – со слезами на глазах вспоминает дочь писателя, пенсионерка Наталья Барехтянская, встретившая меня в знаменитом харьковском доме «Слово», в котором жили Микола Кулиш, Павло Тычина, Владимир Сосюра, Лесь Курбас, Наталья Ужвий и из которого ушел на войну Николай Трублаини. – Последний раз мы с мамой его видели, когда эвакуировались в Иркутск. Отец договорился, чтобы нас отправили из города вместе с институтом, в котором работал муж маминой сестры. Забота о людях, семье была главной чертой отца, близкие люди никогда не знали проблем, потому что он брал их решение на себя. Помню, как папа передал меня через головы толпящихся у поезда людей в окно вагона, а потом долго бежал за отправляющимся составом вслед… Больше нам встретиться было не суждено.

…Когда при отправке за Полярный круг на пароходе «Литке» не нашлось места корреспонденту Трублаини, он отправился в экспедицию кочегаром. Когда на передовой, куда писатель отправился за материалами для фронтовой газеты «Знамя Родины», был ранен второй номер пулеметного расчета, Николай заменил его, отбивая ночную атаку. А на следующий день был ранен осколком снаряда. Так вышло, что оперировать Трублаини в полевых условиях довелось хирургу, знавшему его семью по Харькову. Он сообщил о ранении жене, но того, что уже назавтра Николая Петровича не стало, знать не мог. До госпиталя Трублаини не доехал, скончавшись от ранения в санитарном поезде 4 октября 1941 года. Если бы наши не отступали, убеждена дочь писателя, болезнь бы отец победил, для раненых очень важна была вера в силы армии.

О смерти Николая Трублаини и месте его захоронения семья узнала из письма в Союз писателей медсестры, выхаживавшей прооперированного бойца в штатском – по этой примете Трублаини и отличили от сотен других. Но жена Нина Владимировна, утверждает дочь, узнала трагическую новость самой первой.

– Папа всегда дарил маме цветы на день рождения; где бы ни был, присылал с посыльными цикламены. Когда цветов никто не принес, мама заплакала: «Отца больше нет…».

 

Букет для любимых

На братскую могилу в донбасских Ровеньках, куда останки Трублаини были перенесены из захоронения у железнодорожной насыпи, Наталья Барехтянская впервые приехала с матерью после войны. Вспоминает, что в дождливый хмурый день небо вдруг прояснилось, все вокруг зазеленело и прямо на глазах стали распускаться на березках почки.

– Папа словно приветствовал нас весенним букетом, как это делал всегда при жизни…

Жизнь красавицы-жены Николай Трублаини превратил в цветы. Ими была буквально заполнена подвальная квартирка на Пушкинском въезде, где молодая семья жила поначалу. В окно из подвала были видны лишь ноги прохожих, которые частенько останавливались – такой красоты в подземелье явно никто не ожидал увидеть.

Дочь вспоминает, как выкапывали с отцом первые пролески, чтобы пересадить в ящик «для мамы». Строго предупреждал дочку, чтобы молчала о готовящемся сюрпризе, когда замышляли ей очередной подарок.

Мать рассказывала Наталье Николаевне о том, как на Новый год муж принес ей… ландыши! Когда гости уловили в прихожей запах майских цветов, сделали комплимент духам хозяйки. А разглядев на тумбочке миниатюрный букетик, глазам своим не поверили – где его можно было достать в Харькове 31 декабря?

Знает дочь и другую историю. Встречала как-то Нина Владимировна мужа из Крыма. Пока обменивались на перроне поцелуями, Трублаини поставил чемодан на землю, да так и не вспомнив о нем, направился к выходу. Жена удивилась: чтобы женщина чемоданы таскала, а ее заботливый муж с пустыми руками шел – это на него не похоже! И с укором подхватила ношу – не оставлять же? Придя домой, открыла чемодан, чтобы постирать вещи мужа. И обмерла: из чемодана посыпались… крымские розы! Вещей не было – только десятки благоухающих цветов! Выходит, она несла с вокзала подаренный ей букет?

Память и беспамятство

70 лет хранила Наталья Барехтянская подаренную отцом шкатулку и все еще пахнущий цветочным нектаром флакон духов «Заря», любовно выбранный Николаем Петровичем для его любимой женщины.

– В память о муже флакон простоял на мамином туалетном столике нераспечатанным, но все равно высох от времени, – говорит Наталья Николаевна. – Овдовев в 29 лет, больше мама замуж не вышла, хотя недостатка в предложениях у работавшей медиком Нины Владимировны не было. Просто такого человека, как Николай Петрович, больше не встретила…

Интересно, что тонким романтиком был человек, чуть не ставший, как его мать, математиком. Зато в его дочери и внучке гены победили: одна закончила физмат Харьковского университета, другая – мехмат. Математиком стала и бывшая исследовательница Арктики Нина Хоперская. Дети, учившиеся на книжках большого любителя приключений Николая Трублаини, посчитали, что его знаменитая «Шхуна «Колумб» выдержала 18 переизданий, последнее из которых – уже в 21-м веке! Правда, внучка известного детского писателя не уверена, что книги Трублаини читали его 20-летние правнуки. В украинской школьной программе ни изучавшихся несколькими поколениями советских детей «Крыльев розовой чайки», ни писателя Трублаини уже нет, как и школы, улицы и библиотеки его имени в городе, где он писал свои книги…

Инна ТИХОНОВА

 

Tags:

Донор для… вшей

Запись опубликована В гостях у главного редактора. You can comment here or there.

 

Выйдя на заслуженный отдых, бывшая заводчанка предпочла скудной пенсии работу, о которой старается не рассказывать знакомым. За минимальную зарплату 74-летняя пенсионерка 20 лет подряд изо дня в день отдавала себя на растерзание паразитам. Без праздников и выходных вдова… кормила вшей.

 

Всю жизнь проработавшей на заводе Светлане Никифоровой и в кошмарном сне не могло присниться, что, выйдя на заслуженный отдых, она освоит столь экзотическую профессию. На дезстанцию пришла за прибавкой к пенсии – и оказалась просто находкой для лаборатории, которая нуждалась в доноре. Ведь кандидатуру на столь необычную должность подобрать непросто. А у пенсионерки Никифоровой – и медучилище за плечами, и полное отсутствие брезгливости.

– Ни мышей не боюсь, ни крыс, ни трупов, – улыбается Светлана Павловна, – а тут – всего лишь букашки невинные…

В стерильной лаборатории дезинфекционной станции за столом с множеством колбочек и баночек Светлану Никифорову можно принять за исследователя. Но с наукой и медициной Светлану Павловну роднит только цель ее трудовой деятельности. Она – «корм» для кровососущих насекомых, на которых испытываются новые средства борьбы с паразитами.

– Получается, я своих «кровинушек» лелею, чтобы врачи их потом убили, – вздыхает донор, – незавидная у бедняжек судьба. Вот и этим красавчикам скоро туда дорога…

Грань между жизнью и смертью для довольно упитанных и до омерзения отвратительных, на посторонний взгляд, существ – стеклянная перегородка, отделяющая «жилую зону» от кабинета врачей, где на двух столах с пробирками мерзопакостные создания и закончат свой путь, рассчитавшись за сытую жизнь за чужой счет последней службой людям-кормильцам. Век у кровопийц не долгий, каждая особь живет всего месяц. Если не из соображений гуманности, то из научной целесообразности на испытание препаратов отправляют уже «пожившую свое» зрелую вошь. Чтобы «старушек» не спутать с «младенцами», насекомых-ровесников содержат на отдельных пластинках. На тех трех, что лежат в садке на рабочем столе Светланы Никифоровой, – налившиеся соками вши-«ветераны». Совсем скоро их накормят в последний раз – каким-нибудь новым экспериментальным дустом, – а пока заботливая кормилица Светлана Павловна услужливо подставляет им свою руку.

– Вообще-то час назад они поели, я их кормлю строго в семь утра, – говорит донор, – видите, какие они стали пунцовые? А когда голодные – бледные, почти белые, просто набрасываются на ногу…

Светлана Павловна показывает участок тела выше колена с небольшими гематомами и красными пятнами от свежих укусов. Это место на левой ноге – постоянная «столовая» ее прожорливых питомцев. Специально для меня донор соглашается покормить собой сытых тварей еще раз и просит помочь ей закрепить садок на предплечье. Не понимая, что и зачем делаю, туго завязываю на ее руке резинку. В плотно зафиксированное на коже металлическое кольцо с высокими бортами Светлана Павловна и стряхивает с взятой пинцетом пластины колонию безобразных паразитов. Дальше они присосутся и, не жалуясь на отсутствие аппетита, снова станут пить ее кровь.

– Наши вши кушают только раз в сутки, – продолжает разговор Никифорова, подчеркивая преимущество своих питомцев перед круглосуточно впивающимися в «шерстяные места» человека и животных дикими сородичами.

У уникума Никифоровой – и вши уникальные. Эту лабораторную породу, выведенную харьковчанами специально для опытов еще в советские времена, с тех пор содержали только на местной дезинфекционной станции. Двадцать лет их холила предшественница Светланы Павловны, и после ухода донора был риск потерять неординарное семейство. Ведь лабораторных чистюль на животных не пересадишь: во-первых, не приживутся, а во-вторых, шутили в лаборатории, кто же будет впоследствии заниматься их отловом? И в мисочку кровушки им на завтрак не нальешь: вши в ней просто утонут. Кормить их должен был только человек, причем постоянный, к которому эти твари привыкли. Считается, что вши опасны для человека, поскольку через кровь могут переносить инфекционные заболевания. Это еще одна причина, по которой у паразитов должен быть один кормилец.

Светлана Никифорова со своей третьей группой крови раз и навсегда пришлась им по вкусу. Кроме нее, «вампирчики» лакомились позже только кровью такой же группы – ее дочери. Эта работа – для абсолютно надежных, ведь есть вши должны каждый день, а значит кормить их надо и на Новый год, и на собственный день рождения. И еще: стать донором для них может только здоровый и не принимающий лекарств человек. Однажды Светлана Павловна приболела и попросила подменить себя соседку. С большим трудом уговорила, но финал чуть не стал трагическим – как для нового донора, так и для ее реципиентов. Подменщица, принявшая накануне таблетки бутадиена, после контакта с кровососами вся покрылась волдырями и едва не попала в реанимацию. А покормившихся ее кровью вшей к следующей кормежке нашли лежащими кверху брюхом. Едва всех откачали… Нельзя донору принимать даже витамины – «культура» (так называет ползучее и прыгающее племя донор Никифорова) сразу чувствует неладное и может погибнуть.

– Как-то приняла безобидный поддерживающий препарат геровитал, – рассказывает Светлана Павловна, – так попившие крови вши сразу же позаваливались на бок. Врач на них посмотрела и тут же спросила меня, что я пила-ела. На будущее – этот препарат запретила. Теперь я воздерживаюсь от лекарств. Вши «разрешают» мне только травы, даже пустырник приходится настаивать на воде. В старые времена мне бы за такие лишения «Героя» дали! А нынче и молока, полагающегося за вредные условия, лаборатория не видит.

Согласившись, что такой труд пенсионерки – жертва, интересуюсь, как же бедная женщина тогда лечится?

– Кто нам мешает, тот и поможет: ими же и лечусь, – отвечает Светлана Павловна. – Поднимется давление, я три вошки положу в чашечку с водичкой, выпью – и порядок. И внуку от больной печени это же «прописала». Скажете, метод не научный? А вот врачи о нем знают. Ко мне даже из инфекционной больницы пациентов направляют за вошками.

Так вот почему сотрудница станции, узнав, кого я жду под дверью, спросила, захватила ли я бутылочку!

– И дорого стоит эта услуга? – интересуюсь у донора-целительницы.

– Ничего не стоит, – пожимает плечами женщина, – людям надо помогать, я человек верующий.

Бизнеса на вшах, поняла, здесь не делают. Преданные своей работе люди в пропахших химикатами помещениях изо дня в день бесстрашно обеззараживают белье туберкулезников, дезинфицируют постели покойников и, конечно, не ведут учета ценному «поголовью» редкой популяции вшей. Трясутся над лабораторным скарбом в другом смысле: обеспечивают ему тепличные условия существования. Два напоминающих холодильники термостата – дорогое жилье для этих капризных созданий. В специальных коробочках при температуре человеческого тела и в условиях повышенной влажности насекомые коротают свой век, пока их не «пригласят» для опытов. Бывает, что еще и «в гости» ходят: раньше в лаборатории часто отключали электричество, и чтобы зимой культура не замерзла, Светлана Никифорова брала ее к себе домой. И в полотенце судочки закутывала, и на батарею ставила. Домашние к этому относились с пониманием. Они-то знают историю с отключением света, когда от перепада напряжения термостат однажды буквально «вскипел», словно в духовом шкафу поджарив свое живое содержимое. Как Светлана Павловна боролась тогда за жизнь двух чудом уцелевших вошек! По три-четыре раза на дню кормила-поила, как малых детей выхаживала – можно сказать, ценой собственной крови спасла популяцию. Сегодня потомки той выхоженной пары резвятся в многочисленных коробочках, но резервная пластина с шестиногими «адамом и евой» с тех пор на всякий пожарный у Никифоровой припасена всегда.

А ведь их далекие предки, возможно, паразитировали еще на библейских Адаме и Еве. Найденные при раскопках окаменевшие останки свидетельствуют о том, что вши обитали на нашей планете еще 44 миллиона лет назад. По мнению ученых, они жили еще на птеродактилях, но, в отличие от динозавров, не вымерли в природных катаклизмах, а приспособились к новым условиям и дотянули до наших дней.

Инна ТИХОНОВА

 

Tags: